Когда красота требует реальных жертв.

i

Красота вообще – понятие очень растяжимое, но особенно актуальна для женщин во все времена, и в погоне за ней они готовы порой идти на реальные жертвы, даже если они абсурдны по сути.   Примечательны в этом слова Гамлета обращенные к Йорику: «Ну-ка, ступай в будуар великосветской женщины и скажи ей, какою она сделается когда-нибудь, несмотря на румяна в дюйм толщиною». Насчет «дюйма» Шекспир может и загнул, но недалеким от истины остался, поскольку слишком многое приходилось скрывать макияжу. Женские лица, часто покрывала просто белая краска даже у представительниц высшей знати пожелавших сокрыть не только следы времени, но также оспины и прочие влияющие на эстетику дефекты кожи. Но такую  безоглядную погоню за красотой часто подстерегала опасность, содержащаяся в косметических средствах таящих побочные эффекты, которые оказывались опаснее и вреднее самих возрастных изменений и недугов. Венецианские белила фактически приближали к прощанию с этим миром своих поклонниц.

Спрос на косметику подтолкнули распространившиеся в позднем средневековье зеркала. Получив зеркала, женщины впервые получили возможность пристально рассматривать свои лица, как минимум, обнаруживать на них веснушки, которые в те времена считались  равноценным угрям отвратительным изъяном. Поэтому маскировка всевозможных внешних дефектов являлось основным предназначением макияжа. Первоначально применявшиеся для этих целей средства в целом были безвредны хоть и экстравагантны. В XIV в. будущая королева Франции Изабелла Баварская покрывала кремом лицо из мозгов кабана, секрета крокодильих мускусных желез, волчьей крови и купалась в молоке ослиц. Италия, в частности Венеция в XVI в. стала мировым  лидером в производстве косметики – и многих других товаров. Белила из Венеции считались лучшими и вплоть до XIX в. сохранили эту репутацию. Верхом элегантности считалось применение этого косметического средства для макияжа, но и одновременно было вершиной безумия  на самом деле. Очень токсичные соединения свинца, составлявшие основой этих белил, преодолевая кожу, проникали в кровь. Но модниц это не останавливало и даже на свой страх и риск, венецианские дамы для изучения и испытания на самих себе новых косметических средств создали общество. Изабелла Кортезе стала председательницей этого общества, а французская королева Екатерина Медичи – почетным членом. Участники этого общества оградили свое внимание от нападок церкви обвинявшей их за «гордыню», предупреждения врачей насчет некоторых «рецептов красоты» содержащих опасные ингредиенты. Свинцовые белила наносились модницами толстым слоем на лицо, грудь, при этом, не смывая, только добавляли свежий слой краски, обновив «побелку». Буквально мертвецкая внешность получалась итогом такого «творчества». Возмущенные мужья протестовали, объявляя белила дьявольской выдумкой, сделавшей их жен «уродливыми, ужасными и отвратительными». В ответ получали насмешки модниц, которые считали грубое мужичье далеким от понимания истинной красоты! Не штукатурить лица словно стены заклинал в XVI в. один монах, потому что, как он утверждал: изнашивает их кожу, ускоряет старение, разрушает зубы и создает впечатление, будто круглый год они носят маску». Целая кампания была развернута врачами того времени (правда к ним меньше прислушивались гораздо меньше, чем к лекарям-шарлатанам) против использования свинцовых белил и не менее опасной сулемы (дихлорида ртути). Один из врачей указывал на то, что яд, оставаясь в организме женщин, способен передаваться ее детям. Но погоня за красотой и оригинальностью заставляла дам упрямо продолжать себя уродовать и губить. Разгневавшись на глупость прекрасного пола, один из врачей выступил с язвительной тирадой: «Многие из них так испачкали свои лица этими смесями и замасками, что стали поистине разноцветными: местами они желтые, как календула, местами темно-зеленые, местами сизые, местами ярко-красные. Очевидно, что белила не только разрушают зубы и делают гнилостным дыхание, но и превращают прекрасных созданий в адских фурий».

Придворные дамы, времен елизаветинской Англии , беря пример с королевы, наносили на лица толстый слой свинцовых белил. Сама Елизавета, словно не замечая старения, от обильной штукатурки походила на деревянную фигуру на носу корабля, и буквально пластами отваливался с её лица макияж. В своих записях французский посол обратил внимание на ужасное состояние зубов королевы, которое вызвано воздействием свинца. Свои щеки Елизавета румянила киноварью (сульфидом ртути) и охрой. В надежде отбелить кожу некоторые из её фрейлин глотали отвар из золы, сальных свечей и угольной пыли, отчего у выживших она приобретала зеленоватый оттенок. Побаиваясь ядовитой косметики, некоторые малодушные щеголихи отдали предпочтение купанию в собственной моче, хотя был более удачный пример французской красавицы Дианы де Пуатье (1499-1566), которая, отвергнув макияж, предпочла умывание дождевой водой. Для улучшения внешности использовали всевозможные элексиры, рецепт которых порой был очень забавным, к примеру, состоял из дистиллята мяса молодого ворона выкормленного сваренными вкрутую яйцами в течение сорока дней. Так называемая «сулейманова вода» — лосьон для очистки кожи от бородавок пользовалась большой популярностью целых два столетия, хотя это было далеко не безопасное средство. Главным ингредиентом этого лосьона была сулема, которая помимо отбеливания эпидермиса, разъедала слизистые, приводила к атрофии десен и выпадению зубов. От этого лосьона, буквально на глазах , старели молодые женщины.

Спрос на свинцовые белила сохранялся еще и потому, что в XVII-XVIII вв. модниц продолжала преследовать оспа. В 1740 г. писатель Хорас Уолпол так описал действие косметики того времени на леди Мэри Уортли Монтегю: «Ее лицо сильно распухло с одной стороны и покрыто поджившими язвами, которые частично замазаны штукатуркой, а частично краской, которую она из экономии покупает такого низкого качества, что вы не стали бы белить ею даже печную трубу». Очевидно, что этот язвительный комментарий Уолпола относился к эрозии кожи, которую мог вызвать ртутный лосьон.

Использование красок и притираний для лица к концу XVIII в. набрало такие обороты, что никакие бесспорные доказательства их опасности для здоровья даже не могли обратить на это внимание. Ради возможности носить модные узкие туфельки женщины той эпохи готовы были ампутировать пальцы на ногах, а тем более могли ли испугать их какие-то свинцовые белила! О свинцовых белилах один из авторов того времени писал следующее: «Из-за белил глаза опухают, воспаляются, болят и слезятся. От них появляется насморк, кожа покрывается прыщами, расшатываются и болят зубы, разрушается зубная эмаль. Они заставляют гореть рот и глотку, заражают и портят слюну, проникают в поры кожи, постепенно воздействуя на губчатое вещество легких». Но основным было то, что они убивали. Известная актриса и куртизанка Китти Фишер в 1767 г.  злоупотребляя свинцовыми белилами, умерла от свинцового отравления.

Список знаменитых жертв свинцовых белил пополнила супруга графа Ковентри – красавица Мария Ганнинг (1733-1760). История со свинцовыми белилами в 1750-е гг. даже породила ситуацию, в которой различные остряки заключали пари по поводу того, что долго ли она проживет, накладывая на лицо такой толстый слой белил. Её здоровье стало резко ухудшаться в 1760 г. и остальной отрезок жизни она посвятила просиживанию перед зеркалом, в котором целыми днями выискивала несуществующие прыщики на своем белом, как штукатурка лице. Дряблость её кожи достигла того, что, в конце концов, вынудила её велеть занавесить окна в комнате, из  которой она перестала появляться, чтобы её жуткая внешность превратилась в тайну для остальных. Из числа 10 тыс. человек присутствовавших на похоронах графини – жертвы косметики, лишь немногие знакомые красавицы Марии Ганнинг находили что-то общее с лысой беззубой старухой с пергаментной кожей, которая лежала в гробу.

Погоня за ускользающей красотой даже в XX в. заставляла женщин рисковать внешностью и здоровьем. Парафиновые инъекции для разглаживания морщин вошли в моду перед Первой мировой войной. Но на деле они вызывали появление бугров и сильнейшие аллергические реакции. Кроме этого стало популярным механическое шлифование кожи, последствия которых вызывали опасные инфекции и непоправимые увечья. Мечтая об идеальном румянце, одна девушка в 1912 г. впрыснула себе на щеки жидкий кармин, в надежде придать коже бледно-розовый оттенок. Но вместо этого её шея и лицо стали ярко-красными и помимо этого покрылись сыпью. В итоге её внешность безнадежно пострадала, а жених расторг помолвку. Американское правительство в 1911 г. заставило убрать с этикетки надпись «абсолютно безвредно» изготовителя содержащего ртуть крема «Клинто». И только после этой поправки продукт снова появился на рынке. Одной из пострадавших от этого крема врач назначил в качестве лекарства йодную мазь. Но в результате реакции йода с ртутью это «лекарство» превратило кожу несчастной в ярко-красный цвет. Для устранения подобного дефекта другой врач назначил серную мазь, которая вызвала почернение кожи несчастной. Этот список косметического идиотизма может легко продолжить и XXI в.,  поскольку в стремлении победить природу, похоже, не способно остановить женщин даже время, разум и…жертвы!

 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика Счетчик тИЦ и PR